Найди свою вершину
Пролог.
Альпинизм - это не только физическая боль, переломанные кости, пробитые головы, ожидание схода лавины, которая вот-вот тебя сметет. Это не только приторный вкус крови на губах и смятение в душе. Это прежде всего огромная Гора, на которую почему-то хочется залезть, бросая вызов себе и стихии!
Путешествуя среди царственных пиков Кавказа, закованных в лед, с давних времен невозможно было пропустить самый высокий из них - Эльбрус - громадный двуглавый гигант с пологими снежными склонами, сияющими на солнце своей белизной. Вид устремляющейся в небо Горы, возвышающейся в своем величественном великолепии на 1000 метров над более низкими хребтами полностью поглощает Ваше внимание, приглашая взойти или может быть даже заехать на него на автомашине!?.
"И кажется все по нулям - кислород и бензин!!! Но ты не один..."
Я стою в двух шагах от вершины Восточного Эльбруса, обводя взглядом пространство, заполненное пиками гор, бешеным ветром и темно-синим бирюзовым небом. Вокруг меня холод, на дворе поздний октябрь и никого более. Я один в этом мире на мгновение выше всех в Европе... Быть может вот так же в 1829 году местный житель Киллар Хаширов стоял здесь, впервые достигнув вершины и смотрел на это бескрайнее величие Кавказа. Что изменилось здесь с тех пор? Люди? Немного. Сама гора? Навряд ли. Здесь все осталось по-прежнему, если нес читать автомобиля Land Rover, на котором мы сюда приехали и над чьим разбитым "телом" я как раз и склонился.
На машине до вершины полтора месяца езды, сегодня мне понадобилось всего лишь 6 часов ходу, чтобы добраться сюда быть может в сотый раз, но на этот раз, правда, с печальной миссией - документально засвидетельствовать "факт смерти" нашего напарника по связки, с которым мы делили столько времени напряженной работы в заоблачных высотах, участвуя в уникальном проекте компании "Автодом": восхождение на серийном автомобиле Land Rover Defender 90 на "крышу" Европы - Эльбрус (5621 м). Это даже не "Camel Trophy" - это гораздо круче в прямом и переносном смысле! Сам Land Rover, или то что от него осталось, лежит вокруг меня, мало напоминает прекрасную машину. Голубой овал логотипа "Автодома" и герб Москвы отчетливо просматриваются на искореженном металле. Мне жаль оставлять его здесь - мы все вложили в него столько своей души! Мы будем обласканы лаврами и успехом первых "автоальпинистов", а машина - главный "виновник" успеха, чья надежность, работоспособность и ремонтопригодность теперь просто вызывает восхищение - всего этого не увидит. Мы еще вернемся сюда и спустим переломанные остатки вниз. Как музыкально щелкает фотоаппарат на этом морозе... Как мерзнут руки с видеокамерой обводя панораму маршрута восхождения от момента "начали" до точки "приехали"...
Как это было.
Тонкая ленточка следов, ведущая от "Бочек" (3900 м) к "Приюту 11" (4200 м), который сверху выглядит как космический корабль, затерянный в бескрайних просторах вечных снегов и далее по склону горы теряется на высоте 4800 м над "скалами Пастухова", переходя в голубой, блестящий на солнце, лед. Каждый метр этого пути теперь я запомню надолго. Все это начиналось еще в разгар лета - старт был дан 1 августа, а вершины достигли только на закате солнца 13 сентября. С высоты 2300 м до 3500 м - станция "Мир" и граница снега - доехали почти без приключений. Уже тогда при подъеме по склонам полностью размытым весенним таянием снегов не выдержали нагрузок задние полуоси и расплавились пайки на электромоторе лебедки. Их починили тут же на месте. Но в общем первые километры по вертикали дались машине относительно "легко". За два дня было пройдено 7 км при средней скорости 280 м/час, по высоте всего 60 м/час. Позже цифры останутся теми же, вот только на смену часам прийдут сутки - 100, 200, 300 метров за сутки - приличная скорость!
Выше по снегу оказалось можно ехать только ночью. Днем это просто непроходимая жижа, ночью - корка, по которой Land Rover отчасти с помощью лебедок и какой-то матери, отчасти уверенно сам по себе продвигался своим ходом. Изо дня в день: ночь, холод, пронизывающий насквозь ветер, мерзкая жижа, летящая из-под колес, которой наш железный друг то и дело плюется в лицо идущей за ним группе сопровождения, страховочные веревки, натянутые как нервы. Из-под ногтей от многодневного перенапряжения то и дело выступает кровь, оставляя бурые следы на одежде, машине и лице, когда с него вытираешь подмороженными грязными от машинного масла пальцами пот и очередной "плевок". И это долго еще будет сниться по ночам, когда, лишь только закрывая глаза, скрежет стиснутых зубов сливается с ревом мотора и бешеным вращением в холостую буксующих колес; запах гари сожженных проводов и треск переломанной подвески. Вообще что это - сон или явь? Мимо в полутьме в свете прожекторов как призраки проплывают скалы, иногда показывают холодный оскал бездонные ледниковые трещины, океан звезд на небе, а остальное - это монотонная работа. Вот так мы едем на Эльбрус!
По утрам со склонов Эльбруса в лучах восходящего солнца открывается изумительная панорама на весь Кавказ от Востока с пятитысячными гигантами Безинги до Запада, в чью сторону от Эльбруса падает четко выраженная в пространстве тень, формируя "Конус Тьмы", накрывающий собой два наиболее популярных района Западного Кавказа: Домбай и Узункол. Для нас утро - это тепло, солнце и конец рабочего дня - передышка до следующей ночи.
Глядя на весь путь сверху, я продолжаю мысленно прокручивать события автовосхождения на пути к успеху. Выше "Приюта 11" (4200 м) бескрайние снежные поля сочетались то с густым дымом от замыкания электропроводки, то со сменой шипованной резины на колеса с цепями. Все выше и выше машина устремлялась над облаками, на пути к вершине. Все больше к усталости людей добавлялась нехватка кислорода, когда после физических усилий сердце бешено бьется внутри, пытаясь чуть ли не выскочить через глотку. "Снег хорошо", - подумал Эльбрус, - "а дождя не хотите?" И всю ночь шел сильный дождь с грозой и молниями. Ответ "Автодомовцев" был весьма достоин - переходим к новой технике. К передним колесам крепим дополнительные диски, на которые наматывается веревка, закрепляемая нами же наверху за трубы, вбитые глубоко в лед и машина подтягивает сама себя все выше и выше - все-таки две с половиной тонны! Эльбрус продолжал сопротивляться - заклинило редуктор рулевого механизма. Теперь только прямо или направо! Но все-таки наверх. За этой неисправностью последовала другая - в результате на высоте около 5000 метров был проведен серьезный ремонт с полной заменой раздаточной коробки Lend Rover'а - кто знает, тот понимает!
Стихия, снег, пурга, сильный ветер.. На сложном траверсе машину заваливало и буквально опрокидывало на крутом склоне на бок. И вот уже седловина - 5300 м, куда перебрался и сам базовый лагерь, до сих пор находившийся на "Приюте 11". До сих пор мы "ходили на работу" с высоты 4200 м вплоть до 5000 м, теперь стало все под рукой. Две палаточки, сиротливо приютившиеся между двух вершин - живи и работай! Высота рыхлого снежного покрова достигает 1,5 -2 метра - "в общем вам по пояс будет". Машину занесло по самую крышу, забив весь мотор снегом, а палатки с нами вообще чуть ли не похоронило. Надо было копать траншеи. Страховочные веревки не выдерживая напряжения рвутся в самый неподходящий момент! Все меньше остается до вершины. Все больше усталости у людей и машины. Все сложнее дается каждый метр. 300 метров... 200 метров... 100 метров по высоте. И вот - вершина!
Развязка.
Теперь спуск. Далее события развивались стремительно в своей трагичности. Не удалось найти пилота соответствующего класса и вертолет, способный снять 2.5 тонны с высоты 5621 м. Чтобы запустить перемерзший двигатель, я затащил на вершину автомобильный аккамулятор - это было потяжелее, чем пудовая гиря! Итак - все на пределе - нервы и страховочные троса - мы начинаем спуск своим ходом, что в середине октября по сути оказалось сложнее, чем было в августе сюда доехать. 11 октября, приспустившись с вершины на склоне крутизной 40 градусов, мы всей толпой последний раз переночевали в машине. На следующий день шофер "профи" Николай Никульшин со словами: "Передай матери, что я ее люблю!" - попросил своего 16 летнего сына, активно участвующего все это время в проекте, выйти из машины. Он сел в машину, завел двигатель и... по предательски, из-за угла ударом в спину, стальной трос, удерживающий 2-х тонную машину рвется и махина начинает медленно перекатываясь двигаться вниз по склону, неумолимо набирая скорость, увлекая за собой надежду на благополучное возвращение. Николай до последней минуты, давя на тормоз, пытался остановить летящий в пропасть Land Rover. В последний момент он смог лишь сам, как капитан, покинуть "тонущий корабль". Падение на несколько сот метров, удары и перевороты не оставили "живого места" на машине. Место падения напомнило нам скорее авиакатастрофу.
Реквием.
Солнце идет к закату. Мне пора возвращаться вниз в тепло. Я перехватываю ком в горле и текущие на сильном ветру из обожженных солнцем глаз слезы остаются соленой горечью на губах. Все кончено! Все живы! Мы спустились, машина разбита - последнее слово всегда принадлежит Горе!
"О Солнце!
Каждый день, ухватившись за цепь лучей твоих, карабкаюсь я в небо!
Каждый вечер срываюсь и падаю в пасть заката!...
Сергей Есенин
Итог.
На Восточную вершину Эльбруса (5621 м) 13 сентября в 20.00 вместе с автомобилем поднялись 8 человек, среди которых 5 альпинистов: Константин Брусков, Александр Коваль, Александр Копылов, Андрей Леонтьев, который заменил получившего травму Василия Елагина; два водителя профессионала: Олег Богданов и Николай Никульшин и представитель фирмы "Автодом" Сергей Бабенков. Акция заслуженно попала в Книгу рекордов Гиннеса.

Продолжение следует...